Плоские онтологии – это то, чего пока еще нет. Они разрабатываются прямо сейчас, а до сих пор человечество имело не плоские, а иерархичные онтологии. Начало иерархичным онтологиям, как и всем бедам и достижениям философии, положил Платон. В его философии мир делится на мир вещей и на мир идей, вещи изменчивы и непостоянны, а идеи вечны и неизменны. Все шары, существовавшие во времена Платона, уже рассыпались в пыль, а с идеальным шаром, которым занимается геометрия, ничего не случилось. Поэтому нет смысла изучать вещи, они ведь всё равно скоро разрушатся. Нужно изучать идеи, поскольку над ними время не властно.

Это был гносеологический, познавательный аспект проблемы, но он тесно связан и с онтологией. Платон подталкивает к мысли, что только идеи и существуют на самом деле. Вещи воздействуют на наши чувства, и в повседневной жизни мы убеждены в их бытии, но это какое-то неподлинное, ненастоящее бытие. Настоящее бытие – вечные идеи.

Это и есть иерархичная онтология. Разные объекты (вещи и идеи) существуют как-то по-разному, у них разных онтологический статус. Материализм и атомизм тоже иерархичные онтологии, в духе платоновского идеализма. Эти учения утверждают, что на самом деле существуют материя и атомы соответственно, а составленные из них объекты существуют как-то во вторую очередь. Главное в объекте – атомы, из которых он состоит, только этот уровень и существует по-настоящему. Если мы делаем такое высказывание, наша онтология не плоская, а иерархичная.

Плоская онтология отказывается от иерархии и утверждает, что все объекты существуют одинаково. Таков был взгляд на вещи Николая Гартмана сто лет назад, ООО переоткрыла снова его замечательную интуицию и дала ей новую жизнь. На первом этапе исследования принимается, что стол и битва при Каннах существуют не меньше, и не больше, а ровно так же, как и атомы, из которых сложены ножки стола и слоны Ганнибала.

Это противоречит так называемому меньшизму современной физики – представлению о том, что меньшие объекты типа атомов, нейтронов и элементарных частиц имеют более подлинное бытие, чем крупные объекты, и познание именно этой составляющей всех вещей даст нам всё необходимое знание о мире. Новоевропейская наука вся построена на этой ошибке мышления. Поскольку физика настаивает на меньшизме, она и не может быть теорией всего, как показывает Харман. А плоская объектно-ориентированная онтология может.