«После консультаций с А. В. Лядовым, высокопоставленным сотрудником министерства юстиции, которого Щегловитов в начале мая направил в Киев для установления фактов, Чаплинский [прокурор Киевской судебной палаты] назначил главным следователем по делу Н. А. Красовского, умелого сыщика, ошибочно полагая, что тот окажется сговорчивее Мищука.

Но Красовский, один из тех немногих, кто носил прозвище «российского Шерлока Холмса», отказался пожертвовать принципами и уступить давлению Чаплинского, желавшего, чтобы он сконцентрировался на версии ритуального убийства. Красовский продолжил работу, начатую Мищуком, и принялся еще энергичнее расследовать действия Веры Чеберяк.

[В ходе расследования Чеберяк была арестована, однако Чаплиский через несколько недель освободил ее. В августе 1911 года скончались Женя Чеберяк и его младшая сестра Валя – по словам полицейских, после поедания отравленных пирожных. Их смерть не была расследована остается загадкой].

…Красовский изо всех сил старался убедить полицейских и судейских чиновников, что убийство Андрея не было ритуальным. Во время процесса он собрал солидные доказательства вины Чеберяк. В конце концов, однако, Чаплинский одержал верх и добился отстранения Красовского от дела в сентябре 1911 года.

Он предложил Полищуку – активному стороннику правых, отстаивавшему интересы киевских черносотенных организаций, – сфабриковать доказательства того, что в 1903 году Красовский украл у одного из заключенных 16 копеек.

Красовский ненадолго подвергся заключению, но суд оправдал его. На процессе Полищук поставил под сомнение показания отставленного Красовского, который заявил, что он не нашел доказательств, связывающих Бейлиса с убийством.

Полищук даже обвинил Красовского в отравлении детей Чеберяк, но защите удалось заставить его отказаться от этой части показаний.

Более того, Полищуку пришлось признать, что все улики указывают на виновность Чеберяк».

Из книги Роберта Вейнберга «Кровавый навет в последние годы Российской империи. Процесс над Менделем Бейлисом»

Так что Шерлок Холмс у нас появиться может, и даже найти преступника, сопоставив все улики. Но спокойно рассказывать другу о деле, сидя в кресле у горящего камина с любимой трубкой не получится. Эта часть истории превращается в сплошной хаос, из которого дай Бог ноги унести.