Попытки воссоздать язык Адама на основе уже существующих языков продолжались до XVII века, когда приоритетом становится создание нового универсального языка на основе изучения природы и отражения законов природы в семантических системах. В это время появляются полиграфии, стеганографии, создают свои искусственные языки Джордж Далгарно, Джон Уилкинс, которому посвящен рассказ Борхеса, Фрэнсис Лодвик и Готфрид Лейбниц, и все эти проекты подробно расписывает Эко в своей книге «Поиски совершенного языка в европейской культуре». Расцвет искусственных языков приходится на эпоху Просвещения и конец XIX – начало XX вв., когда появляются эсперанто, волапюк и другие искусственные языки для людей. ХХ век является эпохой расцвета универсальных языков для машин. В этот период идея наконец-то оказывается реализована в науке.

Адамический проект создавался в первую очередь для прекращения всех войн и распрей между людьми, поскольку при помощи языка, отражающего самую сущность мироздания, языка, на котором невозможно лгать, кого угодно можно убедить в истине Христова учения и примирить таким образом враждующие народы и группы людей.

В эпоху Просвещения эта идея трансформировалась в представление о том, что язык науки универсален, отражает суть мироздания и способен прекратить все конфликты людей, как только будет ими усвоен. Этот проект практически потерпел крах в ХХ веке, когда торжество науки привело к двум мировым войнам и ряду революций, и в настоящее время эта ситуация осмысляется теоретически и философски.

В массовом же сознании XXI века подобно свету исчезнувшей звезды продолжает жить идея об универсальном языке науки, способном прекратить все конфликты, как только люди просветятся и выучат его. Разделяют ее, как правило, технари-естественники, не подозревая, что говорят словами магов Возрождения, герметиков и гебраистов католического мира.