После начала СВО время от времени активизируются сторонники идеи, что во время военных действий нужно отменить все праздники, перестать дарить цветы на восьмое марта и запускать фейерверки когда бы то ни было. Больше всего достается Москве, которая со своими фейерверками всегда на виду. Прокламируемое сохранение русских традиций должно бы настроить публику более терпимо относиться к таковым, когда они встречаются в реальной жизни, а не в патриотических произведениях:

«Москва жила ожиданием больших сражений. В конце ноября пришло известие… о большом поражении при Аустерлице. Старички пораздумали и решили, что нельзя же иметь одни только удачи, которыми Россия избалована в продолжение полувека. Конечно, потеря в людях была немалая, но народу у нас много, не на одного Бонапарта хватит! Английский клуб всю вину возложил на союзников, восславил подвиги князя Багратиона, спасшего армию, выпил за вечер 2 декабря больше ста бутылок шампанского и вошел в совершенный кураж. Главнокомандующий Александр Андреевич Беклешов дал обед, Дворянское собрание – бал, и во всех домах праздновали день рождения государя и его благополучное возвращение из армии. Такова Москва! унынию она никогда не поддавалась и во всем находила повод для торжеств» (Екатерина Цимбаева, «Грибоедов»).