Новая повесть Вука Задунайского «Заручение Сибири» продолжает главную для автора тему магической и мистической истории России. В таких работах как «Черта», «Страна крепостей», «Тайна кургана Телепень» и других Вук Задунайский дает свою версию исторических событий, имевших место на границах России с иными мирами – европейским, католическим, исламским, но также и миром языческой магии. В повестях автора фабула часто строится как исторический детектив, позволяющий читателю сопоставить факты и выстроить свою версию событий. Характерной чертой таких исторических детективов является строгая опора на сохранившиеся исторические свидетельства. Умберто Эко писал о книге «Имя розы», что все, кто критиковал его за осовременивание средневековых персонажей, не способных думать и говорить то, что им приписывает автор, как мишень своей критики неизменно выбирали подлинные цитаты из произведений XIII-XIV вв. Схожая ситуация складывается в повестями Вука Задунайского: самые странные и необычные события, взятые как будто из фильма ужасов, вроде человеческих жертвоприношений на территории современной Украины в XVIII веке, оказываются подлинными фактами, задокументированными в источниках, на которых и строится сюжет. Характерные черты авторского стиля проявляются и в новой повести «Заручение Сибири».

Действие снова происходит на границе: это граница старой христианской России с Сибирью, проходящая по Уралу. Проявляется эта граница как переход в иной мир, мир языческой магии. В повести три хронотопа: походы Ермака Тимофеевича, барона Унгерна и период Великой Отечественной войны. Два крайних хронотопа создают вектор действия, позволяющий объяснить промежуточные события.

Более близкая и знакомая читателю ситуация войны ХХ века опирается на реальные события: немцы забрасывают в русский тыл диверсионную группу. Странность этой заброски заключается в том, что она происходит на Урале, далеко от границы, и тяжелой зимой, что заставляет группу тратить все силы на выживание в лесах и горах, в десятках километров от более-менее значимого объекта народного хозяйства или военной промышленности, могущего стать мишенью диверсионной атаки. В художественном мире автора эти странности объясняются другой целью: контактом с существом иного мира, Хозяйкой, которая принесет Сибирь в приданое своему избраннику-человеку. Жуткие подробности каннибализма в диверсионной группе подтверждаются документами и позволяют представить иную, хтоническую сторону контакта, требующую человеческих жертв в той или иной форме.

Сценарий добровольного заручения с духом Сибири представлен в биографии Ермака Тимофеевича, который с небольшим отрядом привел под руку Ивана Грозного огромные территории. Невероятные успехи барона Унгерна читатель сам может выстроить по той же схеме.

Нужно отметить, что в магически-мистическом мире автора христианство не играет значимой роли и не является важной силой ни в реальном мире, ни в сознании персонажей. Иван Грозный, истово верующий православный, дискутирующий с протестантами на религиозные темы и создавший братство опричников как монашеский орден, единственно способный спастись в преддверии конца света, оказывается лидером языческого культа, своеобразного ордена Дракона, что сближает повесть с сюжетом о графе Дракуле, который также разрабатывался Вуком Задунайским в самом первом сборнике «Балканский венец». Иван Грозный, с его обостренной чуткостью к религиозным вопросам, не мог не увидеть мистический смысл событий, а реакция христианина на поклонение языческим богам однозначно отрицательная.

Самый главный вопрос, который постоянно ставит перед читателем Вук Задунайский, и который снова звучит в повести: а стоит ли получать силу такой ценой? Несмотря на языческую логику событий, чуткость к правде характеров всегда выводит автора на отрицательный ответ. Потеря себя, потеря человечности, разрыв с Родиной и истиной бытия – слишком большая цена за бессмысленную силу и дурную бесконечность бессмертия. Порочный круг во все времена разрывается посредством другой жертвы – самопожертвования как осознанного решения человека. Языческая магия опасна, она не дает удобных вариантов, цена вопроса – жизнь, но в тисках необходимости, судьбы и злых сил у человека всегда остается точка свободы, его несравненное право самому выбирать свою смерть. Этот выход в наше беспокойное время войн, исторических переломов и очередной смены мирового порядка на фоне апокалипсиса показывает «Заручение Сибири».

2024