В эпоху Просвещения появилась идея, которую полнее всех выразил Кант, что возможна этика и без религии, и конкретно христианская этика без христианской религии. Все люди взрослые и адекватные, и так знают, как себя вести, зачем еще церковь?

Когда церковь есть в каждой деревне, и всё население там собирается каждое воскресенье, все знают, как себя вести. И в сибирской нанайской деревне все тоже знают, как себя вести, но это оказывается другое знание и другое поведение. Однако люди, проникнутые духом Просвещения, этого знать не хотят и продолжают настаивать, что нормы у всех одинаковые, все религии на самом деле учат одному и тому же, а шаманизм – это другой вид духовности. Какова эта духовность, показывают полевые исследования: она очень далека от христианской этики самопожертвования.

С эпохи Просвещения прошло более двухсот лет. Екатерину Великую и ее внуков можно поздравить – их усилия по просвещению русских увенчались наконец успехом, кантовское мировоззрение теперь стало у нас базой по умолчанию.

Разгоревшиеся в настоящее время споры об изображениях на банкнотах и обсуждение в связи с этим курса на многонациональность, взятого Центробанком, показывают, что мышление чиновников самое просвещенное, христианская религия воспринимается как что-то лишнее, что лучше устранить и не выпячивать. И без этого будет и христианское самопожертвование, и родительская любовь, и всё хорошее, к чему мы привыкли в нашей христианской стране. А не будет.