Американский антрополог Талал Асад пишет, что созданное просветителями секулярное пространство свободной дискуссии на религиозные темы может функционировать только потому, что некоторым группам сразу же отказано в доступе туда, а определенные мнения в нем изначально не представлены. В этих границах оно прекрасно функционирует, а те, кого туда не пустили, ничего не могут поделать. Первой такой группой исторически были христиане, и эта исключенность существует до сих пор.

Одно из подтверждений этому есть в книге Сергея Булгакова «Свет невечерний», где автор пишет о методе Канта, примененном в его «Критиках».

В «Критике чистого разума» Кант задается вопросом, как возможна наука, поскольку она возможна. Что наука возможна, мы знаем из работ Ньютона и других ученых XVII-XVIII вв. Наука такого типа существует, и Кант хочет понять, как это может быть, исходя из эмпирического факта ее наличия.

В «Критике практического разума» Кант ставит тот же вопрос по поводу морали: как возможна универсальная мораль, поскольку она возможна. Что мораль возможна, это дано нам в опыте, и с этим Кант не спорит, а на это опирается.

Итак, в обоих случаях Кант основывает свой метод на эмпирической данности и ставит себе задачу объяснить то, в существовании чего он не сомневается, да и никто не сомневается.

Булгаков замечает, что более ста лет после Канта никто не поставил такой же вопрос о религии. Ведь религия эмпирически существует, этому множество подтверждений, и вся человеческая история говорит о том, что общество без богов не выживает, и люди тем или иным путем приходят к религиозной жизни. Тем не менее Кант сам себе запретил об этом спрашивать, и европейская философия после него этот вопрос не задавала. В Европе того времени религия – это по умолчанию христианство, и христианам нельзя давать слова, даже пытаться допустить их в пространство дискуссии о сущности религии, иначе всё рассыплется.

Последовательность в этом вопросе уже заметно дискриминирующая, и крестопад в России – только один из вариантов. Но поскольку это учреждающее действие, без которого вся система не работает, от нее не могут отказаться.