Гвидо Альфани в книге «История богатства на Западе. Как боги среди людей» описывает противоречия в оценке поведения богачей (на Западе, во всяком случае, начиная с католической Европы).

Известно, что бедный человек тратит весь свой заработок и не может ничего отложить, а часто и влезает в долги. Чем богаче человек, тем большую часть дохода он может отложить и не тратить. Богатые могут откладывать 20% своего дохода по самым осторожным оценкам, а чаще и гораздо больше. Эти деньги не просто откладываются, а часто и вкладываются в промышленность, недвижимость и финансы. Это приводит к тому, что богатство концентрируется и передается по наследству. Наследник получает имущество, обеспечивающее высокий уровень жизни, и может не делать ничего, как Берти Вустер.

Очень редко, в исключительных обстоятельствах и в исключительных ситуациях работающий человек может заработать столько же, сколько можно получить по наследству. В современных западных обществах наследство уже стало таким же важным фактором формирования богатства, как до Первой мировой войны. Это блокирует инновации и развитие, как следствие вызывает социальную напряженность, недоверие к политическим институтам, которые не могут обеспечить всем равный или хоть немного более справедливый доступ к ресурсам и общественному богатству. Во всяком случае, так это видится некоторым в Европе и США.

И тут возникает парадокс. Для общества было бы лучше, если бы богачи больше тратили на предметы роскоши и искусства, меценатство, постройки, стипендии одаренным, то есть вели себя как Лоренцо Великолепный, а не сберегали свое имущество для потомков и тем более не вкладывали его в финансовые операции или промышленное производство, чтобы капитал приносил доход их наследникам безо всяких усилий. Тогда часть их богатства переходила бы в руки других членов общества, а не оставалась наследникам. Но именно демонстративные траты богачей на предметы роскоши вызывают постоянную ярость и озлобление в обществе.

Если этот парадокс и можно как-то решить, то это дело будущего.