Огненное дыхание Дикого Поля: на перекрестке времени и пространства

Историческое и мистическое фэнтези

«Дыхание Дикого Поля» – второй сборник российских и донбасских авторов исторического и мистического фэнтези. В этом сборнике развиваются основные темы первой книги «Паны, холопы и Другие. Тайная история Тартарии» (2021): война, память, языческая магия. Специфика новой книги – особое внимание к теме культурной границы.
Дикое Поле в историческом плане – это малозаселенные степи Причерноморья и Приазовья, от Днестра до Дона. В настоящее время территория Дикого Поля приходится на Южную Украину и Южную Россию. Однако ныне обжитые места хранят память о том времени, когда здесь встречались Лес со Степью, оседлые и кочевые племена, ненадолго задевали друг друга и навсегда сливались в разные народы и культуры, от греков и русских до скифов, тугар и татар. Дикое Поле выступает как фронтир, культурная граница, пространство непрерывного взаимодействия и трансформации культур на протяжении столетий. Именно этим процессам культурного контакта посвящена новая книга в жанре фэнтези «Дыхание Дикого Поля».

Прозрачные и нерушимые границы культур

Культурная граница – неотъемлемая часть любой культуры. Граница создает пространство трансформации явлений внешнего инокультурного мира в явления своей культуры. На границе вырабатываются механизмы понимания и способы включения инородного и чуждого в собственное культурное пространство. Именно на границе задерживаются, отбраковываются те культурные формы, которые интегрировать невозможно. Хотя по своему внутреннему смыслу граница соединяет разнокультурные миры, однако с точки зрения самоописания культуры граница эти миры разъединяет. Осознать себя значит осознать свою специфику, но сам факт наличия границы показывает, что в инокультурном мы ищем что-то свое.
В сборник «Дыхание Дикого Поля» включено восемь повестей и поэма как эпилог ко всей книге. В каждом произведении тема границы определяет сюжет и действия персонажей. В книге рассматриваются границы трех видов: между народами в пространстве, между народами или одним и тем же народом во времени, между миром людей и мистическим миром нечеловеческих сущностей. В некоторых произведениях эти три границы существуют одновременно, и пространство их проявления – Дикое Поле.

Ось между мирами на кургане Телепень

Все три вида границы читатель найдет в самом большом по объему центральном произведении сборника «Тайна кургана Телепень» Вука Задунайского. Это повесть в жанре альтернативной истории, с сильным сатирическим элементом, что уже привычно в произведениях этого автора. Действие повести происходит в наши дни на территории Дикого Поля, которая в результате развилки в конце 2010-х гг. принадлежит не только Украине, но и Новороссии – федерации бывших областей Украины, присоединившихся к Донбассу после начала настоящей войны Украины с Россией в 2018 году. В результате постмайданная власть удержалась только на небольшой территории вокруг Киева, где и находится реально существующий курган Телепень, мистическая ось событий. Главный герой, российский следователь в Новороссии, распутывает преступление с мистической подоплекой и идет по следам преступника, ведущим к кургану Телепень.
Хронотоп этой повести очень богат. Граница в пространстве соединяет/разъединяет несколько секторов: Россию, Новороссию, постмайданную Украину. Россия выступает как центр цивилизации и порядка, структурирующего хаос. Новороссия показана как переходная зона, где преступления украинской власти расследуются, переживаются и изживаются, обстановка нормализуется, гуманитарная катастрофа преодолевается. Украинская территория принадлежит мистическим темным силам, проявляющим себя в национализме и его ритуалах, героизирующих преступления.

Людоедство в степях Украины

Граница во времени соединяет два периода – XVIII век, когда впервые прославился курган Телепень, и современную Украину. В украинской истории реально существующий недалеко от Киева курган Телепень был местом дислокации банды Мацапуры (Павла Шульженко), действовавшей в 1730-40 гг. Действия банды выходят за рамки человеческого. В 1927 году историк Николай Горбань отыскал в Харьковском историческом архиве документы следствия, проведенного в бурном XVIII веке. Шокированный прочитанным, исследователь написал очерк «Разбойник Мацапура», в котором есть грабеж, убийство беременных женщин, сатанинские ритуалы и людоедство. За время действия банды Мацапуры курган Телепень стал массовым захоронением, и такой могильник называется по-украински майданом.
Вук Задунайский мастерски обыгрывает это смысловое единство, показывая, как те же силы с тем же результатом действовали на Майдане в 2014 году и продолжают войну Украины с Донбассом в наши дни. Граница во времени оказывается прозрачной, проницаемой, события настоящего повторяют события трехсотлетней давности. Граница между человеческим миром и миром темных сил также прозрачна, она не разделяет, а соединяет миры и времена. В альтернативной Украине Вука Задунайского мистическую границу удается закрыть с помощью креста и молитвы. Будем надеяться, что этот путь не закрыт и для Украины реальной.

Между Лесом и Степью

Центральная тема культурного фронтира реализована и в других произведениях книги. Граница между оседлым русским и степным тюркским миром показана в повести Наталии Ипатовой «Клинки в траве, озеро на закате» и в рассказе Александра и Людмилы Белашей «Градобой».
Хронотоп повести Наталии Ипатовой замкнут во времени, но открыт в пространстве. Действие разворачивается в одном временном срезе, в период монгольского владычества в Диком Поле, насколько можно говорить о владычестве над местными кочевыми племенами, всегда готовыми сняться с места и откочевать. По одну сторону изменчивой границы находятся монголы, желающие гегемонии и добычи, по другую – кочевые племена причерноморских степей, чей вождь Арпад лавирует между разными центрами силы и не упускает своей выгоды в конфликте монголов, русских, литовцев и других народов фронтира. Еще одна граница повести проходит между степью и русской страной городов под управлением князя Давида. В истории Наталии Ипатовой также очень явно обозначена граница между миром воинов и миром женщин, которая накладывается на тройную границу степных культур: во всех трех мирах действуют сестра Арпада Алетейя и дочь князя Давида Елена. Повесть написана легко и изящно, сюжет завершен, все ружья стреляют, и читатель может наслаждаться путешествием в мир Дикого Поля, отделенный от нашего времени, но близкий нам культурно.

Магия Соловья-разбойника

В рассказе «Градобой» читателю предлагается реконструкция древнего пра-события, исчезнувших возможностей человека и природы, воспоминания о которых дошли до нас в былине о Соловье-разбойнике и Илье Муромце. В этом, как всегда у авторов, блестящем рассказе сталкиваются оседлый народ и степняки. Граница проходит между лесом и степью, однако в религиозном смысле это граница между двумя видами язычества. Действие разворачивается еще до Крещения Руси, когда языческое славянское племя отбивает набег тугарской орды. Будущие русские обращаются к древней певческой магии, уничтожая нападающих с помощью волшебной песни. Хронотоп этого рассказа замкнут для героев, но на уровне общения автора с читателем он размыкается во времени: читатель узнает, что использованная жрецами магия – это магия Соловья-разбойника. Внутри действия граница преодолевается – на том узком участке, где взаимодействуют лес и степь, им удается объединиться и создать единое племя, позднее внесшее свой вклад в культурное разнообразие Киевской Руси.

Скандинавское наследие

Граница между двумя этническими общностями, скандинавами и славянами, показана в рассказе «Лебединая битва» Натальи Резановой. Стилизованное под норвежскую сагу повествование о неизвестных русскому читателю скандинавских королях и их распрях вспыхивает новым светом, когда автор сообщает, что имя главной героини Сванхильд означает Лебедь, и здесь перед нами разворачиваются события древней русской истории, сага о трех братьях, основателях Киева и сестре их Лыбеди. Культурная граница в рассказе преодолевается, скандинавская культура полностью растворяется в славянской, исчезая и сохраняясь одновременно.
В рассказе «Наследие Одина» Татьяны Андрущенко развивается тема границы между скандинавами и славянами. Здесь показана судьба скандинавских обрядов в русской среде. В этом рассказе три временных среза – первые годы славяно-варяжского синтеза в Киевской Руси, Великая Отечественная война и наши дни. Все события объединяются древней магией Одина, способной уничтожить врага, когда все другие средства исчерпаны. Территория западной границы русского мира оказывается пространством слияния культур и времен.

Черное-золото и люди-самоцветы

Особняком стоит произведение Юрия Ковальчука «Из жизни Шубина». Это сборник в сборнике – собрание донбасского фольклора о Шубине, горном духе, спасающем или губящем шахтеров. Шубин может предупредить о беде в шахте, а может ее накликать. Автор приводит ряд поверий о Шубине, бытующих в Донбассе, а некоторые из них подает в виде коротких быличек. Это единственное произведение такого жанра в сборнике. Оно служит своеобразным предисловием к рассказу Людмилы и Александра Белашей «Поющая йойк».
«Поющая йойк» – это маленькая жемчужина книги: написана легко, действие развивается динамично, сюжет завершен. Граница в пространстве пролегает между подземным миром шахт старой Европы и донбасским шахтным пространством, где хозяйничает Шубин. Граница во времени дана читателю, а не персонажам: авторы создали современную версию сказки о Белоснежке и семи гномах. Главная идея рассказа в демонстрации того, что современное золото – это люди, а не самоцветы и самородки. Эту же тему авторы блестяще раскрыли в повести «Мы, гливары» из второго тома «Балканского венца», где показана транснациональная система детской опеки как современная дань детьми хозяевам мира. В новом рассказе людей превращают в деньги посредством шоу-бизнеса. В обоих случаях бесчеловечную систему можно победить. Для этого нужно немного хитрости, чтоб обмануть чёрта, и верные друзья. В повести «Мы, гливары» друзьями оказывается сербская община с особым укладом жизни, а поющей йойк помогают Шубины с Донбасса.

Взлет и падение Киммерии

Завершает прозаическую часть книги рассказ Вука Задунайского «Покидая Киммерию». Здесь время греческой колонизации и столкновение цивилизованных греков с народом Конана-варвара – почти прозрачная условность. Автора волнуют вопросы взаимодействия цивилизаций, причина очарования упадочных культур, вечный вопрос о том, почему здоровое варварство в конечном итоге побеждается больной и вырожденной цивилизацией. Это не только литературная тема, это проблема современной цивилизации, взаимодействия с Европой и западным миром, которую снова нужно решать на тех же территориях, на Украине, в Диком Поле.

Дикое Поле – Великое Море: затонувший Луганск

Завершает книгу поэма Елены Заславской «Nemo», представляющая собой своеобразный поэтический итог сборника. Действие фэнтезийной поэмы происходит в Луганске во время военных действий 2014 года. Луганск изображен как затонувший город. На всем протяжении короткого текста из 13 частей автор проводит аналогию Дикое Поле – Великое Море, и показывает читателю Луганск, который накрыло волной войны.
Ковыльные волны степи бегут как пенные волны великого моря. Позывной ополченца Скиф пришел из древней истории, но функционирует в настоящее время, соединяя актуальные для современных луганчан смыслы: Скиф – житель местной степи-моря, автохтонный обитатель этого пространства, образованного соединением двух миров, защищающий его от вторжения с неба и суши.
Море в поэме предстает как стихия, соединяющая разные пространства. Это в первую очередь пространство живых и территория мертвых, однако роль моря в поэме к этому не сводится. Море соединяет также прошлое и будущее, выступая как память, содержащая в себе в латентном виде все смыслы русской культуры, оживающие в обстановке предельного экзистенциального выбора, который каждый человек и народ как таковой осуществляет во время исторического перелома, военных событий, погружающих степи в мир смерти. Кроме того, море в поэме выступает как стихия, связывающая влюбленных – Немо и Русалку. Хотя море в своей ипостаси мира смерти их разделяет, в то же время преодоление смерти как морского простора приводит влюбленных друг к другу. Так все три вида границ смыкаются в финальной поэме сборника, придавая завершенность книге как целому.

«Дыхание Дикого Поля», живое и горячее

Итак, книга «Дыхание Дикого Поля» показывает южнорусские степи как мир пограничья, культурный фронтир, соединяющий разные народы, разные времена, а также мир живых и мистический иной мир. Использование авторами материалов реальной истории Руси, Украины, современного Донбасса делает текст по-настоящему живым и интересным. Книга предназначена не только для поклонников фэнтези как жанра или любителей истории. В сборнике «Дыхание Дикого Поля» осмысляются современные проблемные ситуации, прорабатываются возможные решения, дается оценка актуальным процессам, в которых волей или неволей участвует каждый современный человек. Эта книга для каждого станет дверью в увлекательный мир пограничья, разъединяющего и сливающего воедино прошлое и настоящее, мир и войну, память и любовь.

Похожие записи

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.