Как пишет Б. Як, многие считают право наций на самоопределение панацеей от бед, приносимых национализмом. Однако это не так.

На одной территории как правило проживает несколько наций. Кроме того, сакральные места памяти, общие для разных наций, – это норма, а не исключение. Как определить, какая из наций должна владеть определенной святой для всех территорией? Какая из них должна основывать на этой территории свое национальное государство? Никакого критерия нет.

Кроме того, существуют вложенные идентичности, связанные с разными группами. Почему из всей иерархии к политической власти допускается именно нация, а не какая-то другая группа с теми же качествами? Б. Як приводит примеры из канадской политической жизни, но у нас есть и свои. Кто должен решать вопрос о переименовании Волгограда в Сталинград – жители Волгограда или жители всей России? А потомки тех, кто сражался под Сталинградом, но оказался за границами России, имеют право высказаться, ведь для них это тоже святое место?

Путаница между народом и нацией приводит к тому, что право народа организовывать управление собой на своей территории передается нации – межпоколенческому сообществу с общим культурным наследием. Як показывает, что это два принципиально разных подхода. Либо территорией управляют все, кто на ней живет, а это может быть и часто бывает несколько наций, либо территорией управляет нация, связанная с этой территорией. Реализовать оба подхода одновременно нельзя, они друг другу противоречат.

Когда американский президент Вудро Вильсон после Первой мировой войны заявил, что новый мир будет основан на священном праве наций на самоопределение, он, по его же словам, просто не знал, сколько наций существует и в каких сложных обстоятельствах. «Вы не представляете, какие тревоги я пережил после того, как из-за сказанного мной у многих миллионов воскресла надежда», – добавляет он (с. 385).

Право наций на самоопределение не относится к базовым правам вроде права на жизнь, но представляется таковым в либеральной мифологии. Это приводит к тому, что националисты считают своих противников беззаконниками, отнимающими у них законное право. Это ужесточает любой конфликт и накаляет его до невозможности. За сто лет, прошедшие после Первой мировой войны, такое наблюдалось не один раз. Стоит отбросить этот миф и возвратиться к идее о праве народа на самоуправление, включая в народ всех, кто живет на данной территории, пусть и образованной случайно по случайным обстоятельствам.